(Продолжение. Начало «Речь письменная»)

Задача любой речи остаётся неизменной — передавать образы, рождённые в сознании одного человека другому. Но давайте снова вернёмся в класс. Учитель пытается передать Ученику образы, рождённые в его сознании, посредством устной и письменной речи.

Сам процесс передачи можно разбить на четыре этапа. Каждый этап имеет свои дефекты. Избавиться от них… очень сложно, порой даже невозможно. Но не обращать на них внимание — худшее из зол. Зная об этих дефектах и об их влиянии на общение, можно пытаться устранять их воздействие разными способами и приёмами.

Дефект первый. Образ → слово. Не всё можно выразить словами.

Фёдор Тютчев в своём стихотворении «Silentium!» (что означает — молчание), написал строки: Мысль изречённая есть ложь. Попытайтесь своими словами объяснить, почему именно так, или почему это неверно.

Древний китайский философ своим ученикам задал вопрос:

— Почему тот, кто знает — молчит, кто говорит — не знает?

— Неужели так бывает? — удивились ученики.

— А вы знаете, как пахнет роза? — спросил учитель.

— Да, — хором ответили ученики.

— Расскажите мне об этом.

В ответ не раздалось ни слова. Не зря народная мудрость гласит: «Молчание — золото».

Дефект второй. Слово устное → слово письменное. Трансформация речи из устной в письменную.

Речь устная формируется из звуков. Записывать звуки речи принято буквами. Набор букв, используемых в языке, называется алфавитом. Связь между звуками и буквами вполне очевидна.

Алфавит, система письма, основанная на более или менее строгом следовании так называемому фонетическому принципу, в соответствии с которым один символ (одна буква) соответствует одному звуку некоторого языка».

Выходит, чем больше букв, тем точнее можно передать мысль. Видимо, не зря наши предки в круглой глаголице (славянский алфавит до появления кириллицы) изначально имели 38 букв. А в хорватской глаголице (более современной) — 41.

Когда Кирилл и Мефодий создавали свой (вернее, наш) алфавит, им не хватило букв, чтобы выразить звуковое богатство славянской речи. Что они сделали? Частично буквы глаголические заменили греческими и лишь изменили форму у других. И в нашей азбуке стало букв по разным источниками от 43 до 48. Представляете, какое поле для «полёта мыслей»… и приземления их на бумагу :)

С тех пор всегда находились примитивно мыслящие люди, которым казалось, что букв у нас слишком много. А потом началось.

Реформы по европейским сценариям, в разные эпохи, в первую очередь касались алфавита. Почему? Ну, мы же реформируясь, равняемся на них, считая их лучшими. А у них букв меньше — они просто нас не понимают. И так как они, вроде бы, цивилизованней, то мы, «догоняя их», уступаем, выкидывая с очередной реформой очередные буквы.

Как вы думаете, сегодня сколько букв в русском алфавите? 33 или уже 32? А вы и правда пользуетесь всеми тридцатью тремя? Поразмышляйте над смыслов в простеньком предложении.

Все поели.

Первое слово вы прочли как всЕ или всЁ? В обоих случаях смысл предложений разительно отличается. А что хотел сказать автор?

Нужно знать в каком контексте эта фраза используется — прочесть ещё одно предложение. Для этого придётся потратить усилия и время, которого с информационным развитием цивилизации становиться всё меньше и меньше. Или возьмём другую крайность современности — это телефонное СМС сообщение студента своим родителям…

Дефект третий. Слово письменное → слово устное. Трансформация из письменной речи в устную.

Когда количество звуков не соответствует количеству букв, появляется упрощение — разные звуки записываются одной буквой. Например, как в слове из трёх букв сделать 4 ошибки? Легко: слово «ишьо» или «исчо». Возможны варианты :)

Или ещё. Среди современной молодёжи замечена особенность записывать личное местоимение первого лица в единственном числе двумя буквами — ЙА. Читая подобное, автор сразу представляется в образе персонажа книги Бориса Заходера «Винни Пух и Все-Все-Все».

Упрощение алфавита ведёт к искажению звучания передаваемых понятий. Например, фамилии людей: Депардье на самом деле Депардьё. Именно так звучит его фамилия. Рерих истинныйРёрих. И Рентген по рождению Рёнтген. Фамилию Гёте мы записываем как Гете, выдвигая аргумент: «Да это же все и так знают». Все ли?

А как же будущие поколения? Как они прочтут фамилию Гете? Через е или ё? Вот мы и произносим слово «афёра» вместо правильного «афера». Заметили? Это ведь большая проблема, когда вместо «Ё» многие (если не сказать все) пишут Е. Нет никакой возможности показать читателю, что в этом месте написана «настоящая» буква Е, а не заменитель Ё.

Упрощая письменную речь, мы перекладываем функции передачи информации на речь устную, подчас забывая о том, что всего и каждому не расскажешь. Упрощая язык, мы теряем многое из своего культурного наследия.

А что приобретаем взамен? Человек живёт в обществе и ему необходимо, как воздух, общение с другими людьми. Поэтому он всё равно будет общаться, не зависимо от полноты языковых возможностей. Основой общения является речь. А с развитием коммуникативных технологий речь не только устная, но и письменная. И письменная преобладает.

Почему мы так часто слышим нецензурную брань в общественных местах? Теперь уже из уст учеников даже начальной школы. Они матом не ругаются, они матом разговаривают. Это ли не результат упрощения? А побродите по молодёжным чатам, форумам, блогам.

Дефект четвёртый. Слово устное → образ. Формирование образов на основе речи.

Если ученик привык к упрощённой речи (см. дефект третий), то его словарный и понятийный запас (тезаурус) очень беден. Слыша или читая незнакомые слова он, может, и будет задумываться над их значением, может, и будет весь урок морщить лоб… Но результат, всё же, может оказаться печальным.

В этом тексте имеются специфические слова, профессиональные термины, исторические понятия, ссылки на различные произведения. Возможно, вы и не знакомы с каждым из них, но у вас возникло желание поискать первоисточники в библиотеке, в интернете. Если ДА, то ещё не всё потеряно :)

Парень едет в троллейбусе, читает книгу и громко смеётся. Пассажиры, поглядывая на него, улыбаются его веселью. Прочитав очередную фразу, парень снова заливается смехом. Кто-то из любопытных пассажиров спрашивает у него: «Что за книгу ты читаешь?». Парень, не в силах от смеха вымолвить ни слова, закрыл книгу и показал обложку. На ней было написано: «Орфографический словарь».

Вот ещё один образчик словаря: абсурдоцитатник. А теперь вспомните Александра Сергеевича Пушкина:

Слух обо мне пройдёт по всей Руси великой,
И назовёт меня всяк сущий в ней язык…

О каком языке говорил поэт? Или не о языке вовсе? И не только для рифмы это слово встало в эту строку. Александр Сергеевич по праву считается создателем современного русского литературного языка. Его язык — народный язык. Для него язык — это народ. А народ — это мы с вами. Или мы уже не народ, а так, население, и лишь раз в четыре года в несколько лет электорат? А если мы народ, то давайте не будем резать по-живому свой язык, резать своё культурное наследие, резать самих себя.

Пишите и говорите по-русски. АБ